Полезные инструменты для авторов, редакторов, digital-специалистов, разработчиков и руководителей — в партнёрской подборке Команда 29 – Telegram
Команда 29
2.63K members
67 photos
48 videos
676 links
я живу в России и мне не страшно
правозащитное объединение Команда 29 // team29.org

задать вопрос юристу в нашем чате @team29chat
сотрудничество @nkorchenkova
Download Telegram
to view and join the conversation
Совсем скоро иностранными агентами смогут признавать и физических лиц. О том, как будет работать новый закон, "Афише" рассказал старший юрист Команды 29 Максим Оленичев:

- на практике закон может коснуться любого человека, который получил платеж как напрямую от иностранной или международной организации, так и от российской, которой когда‑либо перечисляли средства из иностранных источников

- люди-иноагенты, в отличие от получающих такой статус НКО, не обязаны сами регистрироваться в специальном реестре; это будет происходить лишь на основании решения Минюста по согласованию с МИДом

- те, кто попадет в реестр, будут обязаны в течение месяца учредить российское юрлицо, а также распространять сообщения и материалы СМИ-иноагента только с соответствующей маркировкой

- ответственность для таких людей-иноагентов пока не установлена

Читайте подробнее на "Афише"
​​Сегодня в «Проекте» @wwwproektmedia вышел текст о Сергее Мохнаткине, который последние 10 лет почти целиком провел в заключении. Рассказывает автор текста, редактор Команды 29 Татьяна Торочешникова:

Впервые имя Сергея Мохнаткина я, как и многие, узнала в 2010 году — после его ареста на Триумфальной площади. Потом был громкий суд (статья 318, применение насилия в отношении представителя власти), приговор 2,5 года, этапирование — а потом про Мохнаткина все как-то забыли. Вспомнили о нем в 2012 — когда президент Медведев подписал указ о его помиловании. Мохнаткин вышел на свободу известным политзеком.

Через полтора года его снова задержали на Триумфальной площади. Стало понятно, что характер у него непростой. Ему дали 4,5 строгача (по той же 318 статье) — и отправили сидеть в Архангельскую область. И про Мохнаткина снова забыли — теперь уже надолго, до 2016 года, пока не появилась новость о том, что в колонии ему сломали позвоночник — сопротивлялся при этапировании. После этого завели дело по статье 321 — за дезорганизацию работы колонии — но не на конвоиров, а на самого Мохнаткина.

Я помню, как читала новости об этом — было очень страшно за него. Тогда я еще не знала, что через три года я проговорю с Мохнаткиным несколько часов и пойму, что сломать его невозможно, как бы ни старалась система, которая не любит таких непокорных. Правда, менее страшно за него не стало. Мохнаткин вышел на свободу в конце 2018, сейчас у него еще два уголовных дела — их завели, пока он сидел. Вместе с «Проектом» мы рассказываем историю Мохнаткина и его борьбы с тюремной системой.
Россия таки закрывается: французскому социологу Карине Клеман запретили Россию на 10 лет. Исследовательница протестных движений должна была прочесть доклад о желтых жилетах.

Ее муж Андрей Демидов пишет: "Карин Клеман не сможет принять участие в научной конференции и других мероприятиях в Москве потому что на границе ей только что объявлен запрет на выезд в Россию в течение 10 лет. " я угрожаю безопасности россии. Пп.1 ч.1. Ст. 27 фз 114". Такие дела. Только мне кажется, что государство, которому угрожает Карин, 10 лет не протянет"
​​У нас новый текст о том, как пользователи соцсетей воспринимают недавние исторические события. Рассказывает его автор, социолог и один из создателей паблика «Она развалилась» Дмитрий Окрест:

Каждый день в социальных сетях сообщества “Она развалилась” мы публикуем документальные видеоролики, фотографии, художественные фильмы, рассказы очевидцев, фрагменты книг и документов, которые охватывают период с 1985 по 1999 годы. Мы просим подписчиков публиковать семейные истории и фото из домашних архивов. В этой связи наиболее важным было понять, как люди вспоминают сами события (которые они видели) и их ретрансляцию (от родственников или благодаря медиа).

Главные вопросы — как вспоминают в Сети недавнюю историю. Существующая в интернете память не может функционировать без коммуникации — само насыщение исторической памяти в режиме онлайн происходит гораздо оперативней. Это особенно актуально, ведь интернет представляет множеств инструментов для создания “мест памяти” в духе французского социолога Пьера Нора, а история, как видно из сотни примеров, благодаря “ВКонтакте” и “Инстаграмe” сейчас рассказывается именно в картинках.
В Крыму как обычно: сегодня в Севастополе задержали россиянку, которую якобы завербовали украинские спецслужбы. ФСБ рапортует, что женщина "по заданию Главного управления разведки Минобороны Украины целенаправленно осуществляла сбор секретных сведений военного характера".

Уже возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного статьей 275 УК России "Государственная измена". Было ли у задержанной ранее украинском гражданство не уточняется. 20 ноября ФСБ обвинила в госизмене военного в Ростовской области
​​Сегодня Совет Федерации опубликовал проект закона «О профилактике семейно-бытового насилия». Что это за документ? Рассказывает Макс Оленичев, старший юрист Команды 29:

- Европейская система борьбы с домашнем насилием строится на четырех направлениях — профилактика, расследование, привлечение к ответственности агрессоров и предоставление компенсаций пострадавшим. Российский законопроект обращает внимание только на профилактику насилия и совсем немного затрагивает минимальные меры защиты для пострадавших. Ни эффективного расследования, ни предоставления компенсаций пострадавшим документ не предполагает.

- Совет Европы разделяет насилие в отношении женщин (оно всегда связано с дискриминацией по признаку пола) и домашнее насилие (это все акты насилия, которые происходят в семье или в быту). Российский законопроект сосредоточен только на вопросах «семейно-бытового» насилия, игнорируя устоявшуюся терминологию.

- Семейно-бытовое насилие — не преступление и не правонарушение, считают российские законодатели. Это другое умышленное действие, которое причиняет физическое или психическое страдание или имущественный вред, либо создает такую угрозу. Эта формулировка оставляет за бортом специальные гарантии для всех, кто пострадал от побоев, причинения вреда здоровью, угрозы убийством. Ведь такие действия, в отличие от стран Европы, в России — не домашнее насилие.

- Ответственность для агрессоров в законопроекте не предусмотрена. К ним возможно лишь применение «профилактического воздействия».

- У законопроекта есть и плюсы. Например, введение защитного предписания (правда, недоступного, если агрессор совершил преступление, например, нанес побои) и введение минимальной помощи пострадавшему от «семейно-бытового» насилия.

- В целом проект создает впечатление, что правовыми способами бороться с домашним насилием не нужно. Вся деятельность государства будет сводиться к профилактическим беседам с нарушителями и предоставлении социально-психологической помощи пострадавшим. Это попытка подойти к вопросу домашнего насилия, основываясь на консервативных патриархальных ценностях, не замечая того, что в цивилизованном мире им уже давно нет места.

фото: Евгений Журавлев / BBC Russian
74-летний Петр Стаховцев отбывает пожизненное заключение уже тридцать лет — несмотря на то, что ключевой свидетель в его деле давно признался в оговоре. Сейчас Стаховцев добивается УДО. Наши коллеги из @novaya_pishet рассказывают его историю:

https://novayagazeta.ru/articles/2019/11/27/82900-mayor-monte-kristo
Audio
Общественные наблюдательные комиссии (ОНК) есть почти в каждом регионе, их функция — следить за соблюдением прав тех, кто находится в изоляторах и отделах полиции. Но все ли ее выполняют?

В новом эпизоде «Маленького террора» журналистки Настя Андреева и Софья Вольянова объясняют, как устроена петербургская ОНК. В этом году после нового отбора туда не попали правозащитницы Яна Теплицкая и Катя Косаревская, которые рассказывали о пытках заключенных сотрудниками ФСБ. Из нового выпуска вы узнаете, каких изменений удалось добиться прежнему составу ОНК и есть ли надежда, что новые члены комиссии будут бороться за человеческие условия содержания заключенных и задержанных.
​​В феврале 2019 года в Кузбассе выпал черный снег — результат выбросов с местных угольных разрезов. Наш новый текст — о том, как жители небольшого кузбасского города борются с угольными компаниями. Рассказывает автор материала Есения Новохацкая:

Борьба с угольными разрезами — довольно бесперспективное занятие, особенно в российском контексте. Сталкиваясь с системой, люди часто опускают руки и сдают позиции, позволяя государству выиграть — потому что заранее уверены в бессмысленности траты сил и времени.

Но жители Киселевска — небольшого моногорода в Кузбасском регионе — не из таких. Они знают, что их борьба сложная и длинная и что надеяться на полный успех было бы слишком оптимистично — но все равно продолжают. Они ходят в суды, составляют иски и требуют закрыть угольные разрезы в городе, чтобы обеспечить нормальную жизнь себе и своим детям. И все это сами — они знают, что никакое обращение к президенту на прямой линии не поможет.

Разговор с ними очень вдохновляет. И мне кажется, невероятно важно писать о таких историях, чтобы мы не привыкали считать происходящее нормой.
​​Привет, это Коля Овчинников.

Когда-то я был редактором в Команде 29, а теперь мы вместе с товарищами делаем просоциальные игры. В том числе «Гэбню», в которую вы, возможно, играли.

На днях Совет Федерации опубликовал проект закона «О профилактике семейно-бытового насилия». И вроде бы это хорошие новости — государство пытается сделать вид, что готово защищать жертв насилия — но нифига подобного. Итоговую редакцию не согласовали ни с кем из экспертов, членов рабочей группы при Совфеде РФ. Формулировки документа расплывчатые, защитных мер для обидчика и жертвы нет никаких. В общем нынешний документ выглядит ширмой, которой государство прикрывает несовершенство системы профилактики насилия.

В России все очень плохо с законодательством о профилактике насилия, о борьбе с домогательствами на работе и учебе, о гендерном равенстве. Пострадавшие не обращаются в полицию, потому что там не хотят принимать заявления. Защищаясь, они сами становятся уголовниками.

От насилия — физического, психологического — сложно уберечь себя. Иногда сложно распознать абьюзера в приличном на первый взгляд человеке. Мы хотим помочь тем, кто находится в группе риска. Новая глава нашей «Гэбни» — про абьюз в отношениях. Это история одной пары, каких полно по всей стране. Ваша задача — не только избежать насилия в этой истории, но и научиться распознавать беду в обычной жизни. Даже если вы сами не попадете в беду, вы будете знать, как помочь тем, кому повезло меньше.

Жизнь в России — это не только полиция и суды. Это еще и кошмары, которые таятся буквально за стенкой. Очень хочется, чтобы вы об этом не забывали.

Скачать «Гэбню»: AppStore | Google Play
​​В субботу, 30 ноября, Команда 29 выступила в рамках Общероссийского гражданского форума на секции «Правозащитники и общество. Как привлечь сторонников». Секцию модерировал Сергей Лукашевский, исполнительный директор Сахаровского центра. Спасибо коллегам за приглашение!

На форуме мы с другими правозащитниками обсудили проблемы формирования сообществ вокруг сложных тем, конкуренцию за внимание между НКО, работу с госорганами в регионах и силу активистского движения.

Наш фандрайзер Артём Никульшин рассказал об опыте формирования сообщества путём представления подзащитных в первую очередь как обычных людей, а не угнетённых системой винтиков. И о нашем эксперименте с выходом на более молодую аудиторию через формат мобильной игры «Гэбня» — приложения, которое новым языком рассказывает привычные истории об информационной грамотности и правоохранительной системе.
Насильники выглядят как обычные люди. Они могут быть уважаемыми в обществе профессионалами, прекрасными друзьями и даже примерными семьянинами — но в других обстоятельствах оказываться абьюзерами. Новая глава нашей мобильной игры «Гэбня» — о том, как распознать абьюз, сталкинг, психологическое или сексуальное насилие, и как обезопасить себя, если это произошло с вами.

Скачать «Гэбню»: AppStore | Google Play
​​14 и 15 декабря в Москве пройдет благотворительный фестиваль «У тюрьмы не женское лицо», посвященный женщинам-заключенным и тем, кто уже вышли на свободу.

Мы слишком мало знаем о женских колониях. Мужские колонии похожи на государство в государстве, женские — на глухой концлагерь. Кто и почему попадает в колонии? Есть ли специальные международные стандарты в сфере защиты прав женщин-заключённых? Какие права женщин чаще всего нарушаются в колониях? Есть ли механизмы защиты от таких нарушений? Эти и другие проблемы мы обсудим в рамках фестиваля с экспертами.

Организатор фестиваля — Консорциум женских неправительственных объединений, защищающий права и интересы женщин и оказывающий бесплатную юридическую помощь жертвам домашнего насилия на территории всей России.
​​​​Мы в Команде 29 не только делаем игры сами, но и помогаем другим создавать подобные проекты. В апреле мы провели хакатон, на котором победил проект «Куда приводят отношения» о домашнем насилии. Вместе с нами команда сделала текстовый квест о том, как хорошие на первый взгляд отношения могут превратиться в настоящий ад, и снабдила его советами о том, как этого ада избежать.

Вы можете узнать, к чему приводят отношения прямо сейчас. Не надо даже устанавливать никаких приложений: https://kudaotnoshenia.ru/

Рассказывает Анастасия Маскаева, менеджерка проекта:

Мне кажется важным говорить не только о тех ситуациях, когда случилась трагедия и физическое насилие в паре, но и о том, что ведёт к этому. Повышение чувствительности к насилию, информация о том, какие механизмы отношений бывают в случае насилия и без него — важная часть построения гармоничных и счастливых отношений, на мой взгляд.

Самое интересное было тестить игру: смотреть на реакции, на то, какие параллельные механизмы включаются. Например, механизм, что если ответить как-то по-другому, сделать что-то иначе, “вести себя правильно”, то насилия не будет. В реальности же это не так. Иллюзия контроля возникает как один из защитных механизмов, чтобы выживать в ситуации насилия. Потому что очень сложно признать, что происходящее несправедливо, незаслуженно, и вся ответственность только на том, кто проявляет насилие.

По всем вопросам пишите @ovchinnikov
​​Друзья, теперь вы можете не только поддерживать нас материально, но и купить толстовку, свитшот или сумку с нашей символикой и рассказать о нашей деятельности всем вокруг. Все благодаря нашим друзьям, которые запустили проект Мерчизм — магазин товаров от правозащитных НКО.

На все вещи с нашим принтом действует скидка 15% по промокоду UJEMJE6UMIAK.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Ведущая госканала Наиля Аскер-заде посвятила надпись на нью-йоркской скамейке главе ВТБ Андрею Костину, экс-депутат Госдумы единоросс Роберт Шлегель эмигрировал в Германию, а иностранный агент все равно ты. И вот почему — рассказывает старший юрист Команды 29 Макс Оленичев.
В Москве тестируется система распознавания лиц, которую власти установили на камеры «Безопасного города». Но кто имеет доступ к этим данным? Журналист Андрей Каганских провел для «МБХ медиа» @mbkhmedia проверку доступности московской системы видеонаблюдения и смог заказать выписку на себя из якобы закрытой системы. Мы попросили его прокомментировать это расследование:

Журналисты любят сравнивать собянинские камеры «Безопасного города» с тотальной видеослежкой в Китае, но на деле это совсем не так. Иностранные репортажи показывают крутую и скорее всего, хорошо защищенную систему. В России же программное обеспечение от компании Netris выглядит так, будто его сделали при Горбачеве. Вероятно, любой полицейский может без суда вбить фотку человека в систему распознавания лиц и узнать, по каким адресам тот был замечен.

Вскоре эта услуга появилась на черном рынке. Хотя система даже не работает на полную мощность, уже сейчас можно спокойно заказать распечатку за 10 тысяч рублей.

Для меня тут важнее всего, что МВД (решило заблокировать два лонгрида про кетамин и мефедрон) и Роскомнадзор (вскоре заблокировал) должны следить за ситуацией, а на деле — вроде как нет. Первые должны делать так, чтобы его сотрудники не работали с дилерами. Вторые должны защищать права граждан не быть отслеженными и блокировать сайты с нелегальной торговлей. На деле ничего этого не происходит.

Также много вопросов к Департаменту информационных технологий — одному из ключевых для московской администрации, его до недавнего времени курировала заммэра Анастасия Ракова. Он и занимался введением всей этой системы городской слежки. Это, казалось бы, один из самых открытых к общению с гражданами и журналистами департаментов в России. Но и они, и МВД, и Мосгортелеком отделались формальными ответами на мои вопросы (надеюсь, коллеги смогут тоже их задать).

Чем все это чревато? Придумать варианты, при которых ситуация станет катастрофической, несложно: вот гипотетический коп пробивает фотку своей школьной подружки из ВКонтакте, чтобы подкараулить ее у дома, а вот — просто фотку какого-то неизвестного человека — потому что приятель попросил и предложил подкинуть денег. Кажется, еще нигде полицейское распознавание лиц так открыто не продавалось на черном рынке.
Наши коллеги из «Новой газеты» @novaya_pishet выпустили документальный фильм о фигурантах «московского дела» — о том, как беда отдельного человека становится бедой для всего общества.

Прямо сейчас продолжается оглашение новых приговоров по этому делу: Никита Чирцов получил год колонии общего режима, Владимира Емельянова приговорили к двум годам условно, Егора Жукова — к трем годам условно, Павлу Новикову назначили штраф. «Московское дело» должно быть прекращено!
Фигуранта «московского дела» Егора Жукова осудили на три года условно с ограничением использования интернета на два года. Что это означает? Об этом «Афише» рассказала юрист «Команды 29» Валерия Ветошкина:

Исходя из формулировки на сайте Кунцевского суда, которая звучит как «с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе, сети «Интернет», сроком на 2 года», можно сказать, что в данном случае пользоваться интернетом вообще Егору не запрещено. Когда запрещают пользоваться интернетом в целом, так и пишут: «с запретом использовать информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет».

Формулировка приговора напрямую означает, что Егору Жукову запрещено вести страницы в соцсетях, включая блог на ютьюбе. Также нельзя делать посты в фейсбуке, отвечать на комментарии в инстаграме. Можно только смотреть, читать, получать информацию из интернета, но публиковать что‑то в нем запрещается.

Если Жуков, условно, захочет использовать полученную в интернете информацию офлайн, например, выпустит газету с контентом, который он публиковал бы в сети, запрет на это не распространится.

Вообще, практика вынесения приговора по второй части статьи 280 УК РФ в России достаточно распространена. Почти всегда, если речь заходит о совершении преступления с использованием компьютерных технологий, судья в качестве дополнительного наказания назначает именно «лишение права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». Такое бывает в случаях с терроризмом и экстремизмом.
Audio
3 апреля 2017 года в петербургском метро произошел теракт. Бомба взорвалась в вагоне между станциями «Сенная площадь» и «Технологический институт», погибли шестнадцать человек, включая смертника, пострадало больше 100 человек. Кого обвиняют в причастности к этому теракту? Об этом новый выпуск нашего подкаста «Маленький террор».

«Это сложный и эмоциональный процесс, который растянулся на восемь месяцев. И определенно один из самых важных и интересных прямо сейчас, — рассказывает соведущая подкаста Софья Вольянова, которая ходила на суды по этому делу. — Все это время подсудимые и их адвокаты рассказывали о невиновности, о подброшенных уликах и сфабрикованных показаниях свидетелей. Послушайте новый эпизод: в нем мы постарались максимально понятно объяснить, кого обвиняют и что происходило в суде все эти месяцы. Приговор вынесут уже 10 декабря».