История церковного шутинга

12 февраля 2020

Судьба человека, который 9 февраля 2014 года открыл огонь по прихожанам Воскресенского храма в Южно-Сахалинске, могла бы быть примером типичной истории террориста-одиночки: несчастливое детство, одиночество, неудачи в работе и личной жизни, прогрессирующее безумие и, наконец, пальба по случайным жертвам. Однако по данным экспертиз Степан Комаров был вменяем, рос в полной семье, служил морпехом, любил собак и вообще в храме оказался отнюдь не случайно. Его история вместила национализм, боевые православные молодёжные движения и неясные отношения с влиятельным сахалинским священником. Но большая часть того, что нам известно о причинах произошедшего, — лишь слухи из анонимных блогов и источников, близких к РПЦ. Самиздат изучил имеющиеся версии и попытался выяснить, почему Степан Комаров решил разрядить свой дробовик в иконостас.

Монахиня, охранник и нищий

Около двух часов дня, почти сразу после окончания литургии, в Воскресенский собор Южно-Сахалинска зашёл мужчина, вооружённый дробовиком. Он велел прихожанам убираться из храма, а тем, кто не успел покинуть собор сразу, стал стрелять по ногам.

«Я сразу не поняла, что будет происходить, а муж понял по глазам, что сейчас будут стрелять, — рассказывала потом прессе свидетельница стрельбы, у которой муж и сын получили ранения ног. — А я думала: ну, зашёл человек в форме, с оружием — охранник, наверное, на инкассатора похож. Он не врывался, не кричал диким голосом — он спокойно зашёл. Когда он по ним выстрелил, я оставалась за его спиной. Потом муж вытащил сына и мне кричит: „Убегай!“ После первого выстрела стало страшно. А что погибшие появились, мы уже потом узнали».

Погибших оказалось двое. На звук выстрелов в помещение забежал 34-летний Владимир Запорожец, просивший в тот день милостыню возле храма. Он пытался, вероятно, остановить стрелявшего и погиб от нескольких выстрелов дробью в грудь и лицо — опознавать его пришлось по отпечаткам пальцев из базы данных МВД.

К тому моменту в храме оставался ещё один человек — 61-летняя монахиня Ольга Пряшникова, которая работала в тот день в свечной лавке. Услышав выстрелы, женщина успела спрятаться за прилавком, позвонить по телефону дежурному духовно-просветительского центра и первой сообщить о стрельбе. Судя по записи с камеры видеонаблюдения, стрелок целенаправленно подошёл к прилавку, легко перемахнул через него, придавил монахиню ногой и застрелил в упор.

Видеосюжет с фрагментами записи с камер

Орёл и Русь

Стрелка задержал сотрудник ППС Владимир Росликов, получивший по рации сигнал о стрельбе в храме: войдя внутрь, он увидел мужчину, который сидел голым по пояс на полу в центре храма и курил. На груди у него была вытатуирована свастика и надпись «Русь», а на спине — орёл с эмблемы Третьего рейха. Рядом валялось оружие и подсумок для патронов — все имевшиеся у стрелка десять штук были израсходованы. 

Преступление Комарова похоже на некоторые другие, происходившие в нулевых. В 2008–2009 годах в ряде регионов России неизвестные поджигали храмы и наносили на них граффити языческого содержания. Дважды в храмы подкладывали самодельные бомбы: 30 ноября 2008 года в храм Николая Чудотворца в Москве и 6 декабря 2009 года в храм святых Кирилла и Мефодия во Владимире. В 2008 году близ того же храма Николая Чудотворца был убит мужчина. В этом обвинили группу, называвшую себя «славянскими сепаратистами», — они совершили убийство, якобы приняв мужчину за священника из-за окладистой бороды.

О неоязыческих взглядах сахалинского стрелка впоследствии неоднократно упоминалось в СМИ, хотя иных свидетельств, кроме рассказов знакомых и цитат с его страницы во «ВКонтакте», обнаружено не было.

«Мне очень интересно было бы посмотреть на этого человека и узнать мотив такого поступка, — рассказывала другая пострадавшая в храме свидетельница, приехавшая в Южно-Сахалинск из Хабаровска покататься на лыжах, — я вот его ни судить не хочу, ни обвинять. Я считаю, что ему и так плохо. Люди такие поступки совершают не от счастья в жизни. Он уже несчастный человек».

Говоря в суде об обстоятельствах задержания, сотрудник ППС Владимир Росликов заметил: «Он сидел молча, сопротивления не оказывал. Мы надели на него наручники, вывели из храма и посадили в машину. Уже когда его вели в УВД, он сказал, что если бы у него были ещё патроны, то он отстреливался бы».

Короткая дорога к храму

Стрелка не зря приняли за охранника: он действительно был сотрудником ЧОП «Центурия». Его звали Степан Комаров, и на тот момент ему было 24 года. Родился и вырос в Южно-Сахалинске, полная семья, две сестры, благополучное детство, увлекался спортом, ранее не судим. Закончив девять классов общеобразовательной школы, поступил в ПТУ, откуда его отчислили. Затем несколько месяцев в 2007–2008 годах учился в театральном колледже Сахалинского госуниверситета. Художественный руководитель театра кукол Антонина Добролюбова, которая знала Степана в тот период, отзывалась о нём как о добром и весёлом парне. «Весь колледж был свидетелем трогательной истории его любви с однокурсницей Дашей. Но потом Степан бросил колледж, с Дашей они тоже расстались», — вспоминала она.

После неудачи с актёрской карьерой Комарова призвали в армию, где он отслужил год в морской пехоте. По возвращении в Южно-Сахалинск устроился работать охранником в агентство «Центурия», где ему поручили охранять сначала магазин, потом направили на должность инкассатора в банк. В агентстве Комаров был на хорошем счету, результаты плановых психологических обследований не выявляли отклонений.

«я вот его ни судить не хочу, ни обвинять. Я считаю, что ему и так плохо»

9 февраля Комаров должен был сопровождать перевозку денег из банка в качестве инкассатора. В суде Виктор Лосев, старший смены ЧОП «Центурия», рассказал, что в офис банка, где выдавали оружие, Степан прибыл заблаговременно, был адекватен, одет по форме, подстрижен и побрит. Бригада инкассаторов должна была выехать на маршрут в 14:00. Комаров пришёл примерно в 13:30, получил служебное помповое ружьё и десять патронов к нему. 

«Зарядив оружие, Комаров поднялся наверх и должен был ехать на объект в составе группы инкассаторов. Однако вовремя группа не выехала. Сразу же начались поиски пропавшего охранника. Не обнаружив Комарова на территории банка, стали смотреть записи с видеокамер... Увидели, что Комаров был в курилке, а оттуда ушёл с территории», — рассказал Лосев. От офиса банка до храма было всего около 150 метров.

«Причина — во мне»

Вошедший в храм мужчина был одет в чёрное, а на груди у него, по свидетельству очевидцев, висело два креста (впрочем, позже архиепископ Южно-Сахалинский Тихон заявил, что крестов не было). Мужчина был пьян, в руках у него было ружьё.

Он подошёл к алтарю и начал оскорблять собравшихся, одну женщину заставлял встать на колени и молиться, затем зарычал: «Убирайтесь все отсюда!»

Озадаченные люди не спешили расходиться, мужчина крикнул ещё раз, и только тогда они побежали, а он стал стрелять по иконам и по ногам убегавших — шестеро человек были ранены.

— Встаньте, когда обращаетесь к суду, — сделал замечание судья.
— Не встану.
...
— Где вы работаете? — спросил судья мать погибшего Владимира Запорожца.
— В огне, — отвечал за неё подсудимый.
...
— Вы должны соблюдать порядок в зале суда, — в очередной раз напомнил судья. — Вам ясно?

В ответ молчание.

Так журналисты описывали поведение стрелка во время последующих судебных заседаний. Он то матерился, то смеялся, то плакал, то угрожал свидетелям, то «пытался сохранять независимый и отрешённый вид, пристально смотря перед собой или опуская глаза». На втором заседании потребовал удалить журналистов из помещения, так как не приглашал их, а на просьбу нанятого его родителями адвоката сохранять молчание отвечал: «Заткнись, ты враг».

Из-за неадекватного поведения в суде Комарову дважды делали психиатрическую экспертизу, но она показала его вменяемость как в момент преступления, так и после, хотя и выявила импульсивность, подверженность «приступам злобы и агрессии», сложности в социальной адаптации, истеричность и некоторую девиантность поведения. Несмотря на то, что один из свидетелей охарактеризовал Комарова как «спокойного, нормального, адекватного парня», судья, на основании психологических характеристик и других показаний, описал стрелка как человека с комплексом неудачника, «который требовал повышенного к себе внимания, у него запустился механизм гиперкомпенсации — стремления избавиться от чувства собственной неполноценности и доказать своё превосходство. Для этого он взял оружие и пошёл стрелять по иконам, стараясь попасть в изображения лиц, так как они ему были неприятны».

Мотив стрелка оставался туманным. В суде он не раз повторял, что не хотел убивать людей, а хотел лишь разогнать эту «еврейскую церковь», выразить свой протест против православия. Жертвами стали лишь те, кто ослушался его требования уйти.

«Мне пытался помешать бомж, я в него выстрелил несколько раз. Один раз в голову. Направившись к выходу, я увидел лавку, за ней — человека. Кто именно там был, я не рассматривал. Застрелил в голову. Потом только узнал, что это была женщина», — рассказывал Комаров в суде. После этого он, по собственным словам, начал беспорядочно палить по иконам. А когда закончились патроны — ждать, когда за ним приедут и арестуют.

«Я это сделал назло христианской церкви, меня в ней всё не устраивает. Я — национал-социалист»

На вопрос следователя, зачем это было нужно, Комаров ответил: «Причина во мне. Я это сделал назло христианской церкви, меня в ней всё не устраивает. Я — национал-социалист. Это мои твёрдые убеждения. Я пришёл разогнать эту церковь, пришёл бороться с ней. Те двое, которых я убил, у них было время уйти, но они остались. Я ненавижу в равной степени православие и католицизм. Там жёстко навязывают веру, вмешиваются в судьбу. Верующие — предатели. Они предали свою Родину!»

Комарову вменили мотив религиозной ненависти. Позже он отказался от всех своих слов и прекратил сотрудничество со следствием, однако в деле было ещё одно доказательство: его ноутбук вместе с поисковыми запросами, оставшимися в браузере. Проанализировав их, эксперт криминалистического отдела следственного управления следкома России по Хабаровскому краю пришёл к выводу, что Комаров «осуществлял просмотр и копирование видеофайлов националистического содержания» примерно раз в месяц, при этом перемежая их просмотром религиозных видеороликов. Кроме этого, на своей странице в соцсети и в разговорах со знакомыми Комаров «выражал недовольство жизнью и происходящим» и говорил, что православная церковь «жёстко навязывает свою религию», «обогащается за счёт прихожан».

В итоге Степана Комарова признали виновным по восьми статьям, включая убийство на почве религиозной вражды. Он не раскаялся, отказался брать последнее слово и получил 24 года колонии строгого режима, которые Верховный суд впоследствии заменил на пожизненное заключение. 

Дело стало резонансным, о нём писали не только местные, но и федеральные СМИ, и, конечно, в формировании повестки активно участвовала РПЦ: немногочисленные фото Комарова с татуировками свастики, надписью «Русь» и орлом с эмблемы немецкой национал-социалистической партии на груди распространялись по православным порталам, а священники активно высказывались об опасности неоязычества. 

Архиепископ Южно-Сахалинский и Курильский Тихон назвал шутинг «показательным актом неоязычества» и попыткой «сил сатанинских с целью запугать нас». Но чаще всего в сообщениях СМИ появлялся руководитель миссионерского и молодёжного отделов Южно-Сахалинской и Курильской епархии протоиерей Виктор Горбач, заявлявший, что в последние годы на острове активизировались неоязычники и стрелок был одним из них. По мнению священника, тот «не состоялся в жизни, запутался и не нашёл ничего лучшего, как самоутвердиться за счёт убийства», и подтолкнула его к этому именно идеология неоязычества. 

При этом, как ни парадоксально, в прошлом у Горбача с осуждённым могло быть немало общего.

Сектанты из спецслужб

На момент стрельбы в храме Виктор Горбач занимал на Сахалине множество церковных и светских должностей, любил давать интервью, активно работал с молодёжью и считался профессиональным борцом с «сектантами», в которые он записывал всех, кто не принадлежит к РПЦ или Католической церкви, например неопятидесятников, иеговистов и мормонов. Он считал их «будущими кадровыми сотрудниками западных спецслужб», которые проходят в России «первичную стажировку» для «вербовки адептов с целью приобщения их к неким псевдодуховным практикам и учениям». Главное намерение сектантов, по мнению Горбача, — захватить богатства Сахалина и отделить его от России.

«Примерно в 1990 году на Сахалин вернулась Православная церковь в виде маленького скромного прихода. Также в это время приехало много иностранных миссионеров разных конфессий, — рассказал корреспонденту самиздата второй пастор Церкви евангельских христиан-баптистов (ЕХБ) «Возрождение» Южно-Сахалинска Анатолий Ляшок, — православные вступили в тесное сотрудничество с органами власти, которые стали им очень сильно помогать развиваться: предоставляли помещения, строили добротные храмы, предоставляли телеэфиры. В это время и началась открытая вражда с инославными — „сектантами“. Впереди всех стоял Виктор Горбач как ответственный за миссионерскую работу епархии. Он старался всячески унизить неправославных и обвинить их во всяких глупостях. Например, что сектанты хотят контролировать добычу нефти и газа на Сахалине». 

Долгое время отношения между священниками разных церквей были ровными, но всё изменилось в 2011 году, когда мэрия Южно-Сахалинска пригласила городскую общественность в местный ДК для «обсуждения различных вопросов градостроительства». На встрече оказалось, что город собирается строить огромный православный храм на месте Мемориала Победы. Баптисты высказались против строительства именно там, так как, по словам Ляшка, «будет складываться впечатление, что православная церковь победила в Великой Отечественной войне, но воевали все: и коммунисты, и беспартийные, и мусульмане, и протестанты». 

После этого и представители других конфессий начали заявлять, что строить на месте мемориала неправильно. Тогда вице-мэр оперативно свернул встречу, а Виктор Горбач обрушил на пастора публичный «шквал критики и ложных обвинений», из-за чего тот обратился в прокуратуру с иском по защите чести и достоинства. Дело о клевете против Горбача в итоге закрыли, но это дало ему дополнительный повод обвинить «сектантов» в том, что они хотели посадить его в тюрьму.

Конфликт вокруг проекта строительства храма длился почти год, но в итоге парк Победы отстояли, а грандиозный Собор Рождества Христова построили, но в другом месте. 

Помимо конфликтов с «сектантами» из других христианских церквей, Виктор Горбач известен и как непримиримый борец с неоязычниками, хотя об их распространении и вообще существовании на Сахалине известно, главным образом, от него же самого:

«Убеждён, что неоязычество — проект, привнесённый к нам извне. Он был сформирован далеко за пределами страны и с помощью различной литературы внедрён в среду российской молодёжи для того, чтобы расколоть нашу общность», — говорил священник.

Из слов священника можно сделать вывод, что неоязыческие секты буквально заполонили Сахалин

Из его слов можно сделать вывод, что неоязыческие секты буквально заполонили Сахалин. Их главная задача, считал священник, — прививать людям ненависть к православию, а также предпринимать «определённые действия, направленные на то, чтобы изменить менталитет жителей острова, а затем отделить его от России».

Источник, знакомый с ситуацией вокруг Степана Комарова и попросивший называть его просто «РелигиоведЪ», высказал иное мнение:

«Религиозная жизнь у нас достаточно своеобразна, но почти полностью заидеологизирована молодыми и агрессивными православными батюшками — к объективности и не продраться. К примеру, всё, что касается „храмового стрелка“, почти полностью является медиахитом, свёрстанным протоиереем Виктором Горбачом, в прошлом — духовным наставником „стрелка“».

Вы все — говно

В последней сохраненной копии страницы Степана Комарова во «ВКонтакте» можно увидеть статус: «вы все говно!!!говно должно говорить громче!!из фильма 9 рота....)))!вы смеетесь...а это про вас...промывание мозгов еще никто не отменял», видео «МорПехи» и «МОРСКАЯ ПЕХОТА-ГОРДОСТЬ ФЛОТА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!» — и полный негодования пост про собак:

«У него просто снесло крышу, — рассказывает знакомый Степана Комарова, пожелавший не раскрывать своего имени. — На почве алкоголя. Ну, и недовольства женщинами. То с одной у него что-то не сложилось, то с другой. Амбиций вроде много было, а сил приложить некуда. Вот оружие нравилось, собаки. Если голову включить, можно было и двигаться в любом из этих направлений. В полицию пойти работать, чего бы нет? А он себе башку всякой ересью начал забивать. Со всем несогласный типа».

По словам знакомых, Комаров любил публиковать на своей странице фразы вроде «Самоутверждайся на улице, а не в интернете», «Сначала ты теряешь инициативу и мотивацию, а потом наросший на тебе мох начинает казаться тёплым, домашним и уютным», «Высшее наслаждение — сделать то, что, по мнению других, вы сделать не можете», «Только об одном можно в жизни жалеть — о том, что ты когда-то так и не рискнул». Но, помимо пацанских цитат о его несогласии с положением вещей говорил и последний пост, опубликованный в декабре 2013 года — меньше чем за два месяца до стрельбы в храме. Далее мы приводим текст полностью, а под ним — краткий пересказ основных тезисов.

Что мы узнали о мотивах Комарова из его манифеста:

1.

жизнь людей состоит из бессмысленной суеты и подчинения навязанным правилам. Матери, школьники, пенсионерки, полицейские, дворники — все рабы;

2.

Степан Комаров — тоже раб, но только своих потребностей, а не лживой системы; у него нет больших денег, крутой машины и телевизора, но он всё равно мужчина, не хочет подчиняться навязанным правилам и имеет своё мнение;

3.

людям внушили, что они свободны, а на самом деле они — говно;

4.

микробы лучше людей, по крайней мере они себя не обманывают.

Кроме того, интересна ненависть писавшего к определённым числам, выделение во всех словах, связанных с работой, корня «РАБ», в слове «история» — «ТОР», а также упоминание «Мидгард Земли» и «астральных паразитов». В этой смеси неоязыческих, эзотерических, и псевдоисторических воззрений легко узнаётся отсылка к творчеству Николая Левашова, гуру эзотерики, экстрасенсорики и мистики эпохи девяностых. 

Тот заявлял, что умеет исцелять неизлечимые болезни через телевизор, что спас Землю от столкновения с нейтронной звездой Немезидой; что растения имеют разум, а дельфины борются с акулами при помощи пси-поля; что за евреями стоит космическая паразитическая система, а в роддомах детей намеренно заражают инфекциями.

Созданная Левашовым в 2007 году организация «Возрождение. Золотой век» декларирует своими задачами «скорейшее пробуждение человечества от многовековой „спячки“ во время неблагоприятного тысячелетнего воздействия последней Ночи Сварога; создание мировоззрения и идеологии, которые отражали бы чаяния русского и других коренных народов Руси; способствование возрождению ведической цивилизации на нашей планете — Мидгард-Земле и возвращению землян к естественному эволюционному развитию через просветление Знанием».

К христианству Левашов относился отрицательно. Он считал его религией смерти и навязанным культом Озириса, а также одним из наиболее ярких примеров «успешного применения социальными паразитами социального оружия». В Библии, по его мнению, описаны «технологии захвата власти иудеями в любой стране с помощью убийств „сильных людей“ народа». 

Некоторые свои правые, антирелигиозные и неоязыческие убеждения Комаров мог почерпнуть из книг Левашова, однако, помимо «астральных паразитов» и «Мидгарда», которые упоминаются в этих книгах, практически не осталось других свидетельств принадлежности стрелка к культу экстрасенса-псевдоисторика. Тем не менее именно последователем секты «Возрождение. Золотой Век» представители РПЦ объявили Комарова, а главным глашатаем этой версии остаётся протоиерей Виктор Горбач.

От сердца к богу

«Главное, что здесь нужно знать, — личность В. Горбача, — рассказал корреспонденту „Батеньки“ РелигиоведЪ. — Он неонацист со стажем, в прошлом — член „РНЕ“ и общества „Память“. Потом (подчёркнуто не выходя ни из одной из этих организаций) стал священником при епископе Данииле, протоиереем, занимается молодёжью и миссионерством. К прежним ухваткам нациста прибавилось множество рычагов в ФСБ и прокуратуре. С их помощью расправляется со всеми неугодными. Создал фашизоидную организацию „Братство Александра Невского“, куда вербует разнообразную нацистскую безотцовщину. К такому разряду и принадлежал „стрелок“, с которым Горбач много общался лично и на сходках „Братства“. Это толпа разномастных молодчиков, объединённых несколькими параметрами: неполная семья, проблемы с социализацией и личной жизнью, сектантское прошлое, агрессивность как норма самовыражения, вождистское преклонение перед Горбачом».

Услышать мнение Горбача по поводу всех этих фактов не получилось, так как он сначала согласился ответить на вопросы корреспондента «Батеньки», но затем перестал выходить на связь. Некоторым фактам удалось найти подтверждение, в частности тому, что Горбач был знаком с Комаровым и общался с ним в соцсетях как минимум за год до стрельбы в храме, о чём сам же сообщал.

«Убийца был убеждён, что все беды у нас от христиан, это факт, он этого не скрывал… он уже тогда делал подобные высказывания — мол, мы с вами поквитаемся… Я пытался успокоить и переубедить его, предлагал встретиться, но он отказался», — рассказывал священник порталу «Православный взгляд».

Найти свидетельства членства Горбача в обществе «Память» не удалось, что касается ультраправой националистической организации РНЕ («Русское национальное единство»), то в Сети сохранился видеосюжет, снятый в 1997 году ГТРК «Сахалин», в котором некий молодой человек по имени Виктор Горбач в характерной форме с характерной эмблемой в виде «коловорота» говорит: «От сердца к богу. Слава России!» — и показывает характерный жест. В это время на заднем плане люди в балаклавах проводят боевую тренировку юношей и девушек.

МОСКВА

Кроме того, в 2009 году Виктор Горбач действительно учредил общественную организацию «Братство Александра Невского», занимающуюся духовно-патриотическим воспитанием молодёжи: устраивает мероприятия по воцерковлению, проводит занятия по Закону Божию и истории России, регулярно устраивает акции против абортов, подписывает созданные движением «Сорок сороков» петиции против оскорбления чувств верующих и собирает подарки детдомовцам. При «Братстве» действуют спортивный клуб и секция рукопашного боя, где учат стилю «Сирин-Русбой». Показательные выступления под православный рок устраивают на городских праздниках. 

Официальный слоган организации — «Не в силе, а в правде!» — он стоит в статусе группы во «ВКонтакте», а в описании говорится «ПРИШЛО ВРЕМЯ БЫТЬ ПРАВОСЛАВНЫМ (а не называться им)». 

По мнению Анатолия Ляшка, участники «Братства» — это своего рода молодёжный актив РПЦ на Сахалине. «„Братство Александра Невского“ было всегда рядом с Виктором и помогало ему выполнять антисектанскую работу: расклеивать свои афиши по городу — срывать наши, проводить пикеты и другое», — рассказывал он. Молодые участники организации активно привлекаются для миссионерства. «Сначала многих шокировало появление на улицах парней и девушек, которые разъясняли прохожим суть православных праздников и традиций и раздавали листовки. Но постепенно акции „Братства“ стали неотъемлемой частью жизни города», — писали о них.

Корреспонденту самиздата не удалось обнаружить прямых свидетельств утверждениям анонимного источника о «фашизоидном» характере деятельности «Братства», а также о распространённости в ней «вождизма» и социальном статусе её членов.

Все уже окстились

По мнению источника, знакомого с ситуацией, Степан Комаров состоял в молодёжной организации Виктора Горбача и тесно с ним общался, однако «позже вышел из-под контроля и стал более конкретно сходить с ума», что в итоге и привело к стрельбе в Воскресенском соборе. 

«Когда произошёл инцидент, Горбач первым делом постарался затереть все сведения о своих контактах с безумцем и перехватить все рычаги распространения информации. Поэтому всё, что вам или кому-либо известно о „храмовой стрельбе“, — продукт деятельности горбачёвских агентов, — говорит РелигиоведЪ. — В частности, они выдумали все эти „процветающие языческие секты“. Ничего нет в помине. Была горстка скинхедов — все уже по тюрьмам или окстились. Потом была горстка романтически нагруженных студентов-филологов — они также исправились (хотя успели соорудить ныне разрушенное капище). Вот и всё. Никакого „специфического религиозного климата“ на Сахалине нет. Люди зарабатывают деньги — о деньгах и молятся».

Стрельба Комарова была, по всей видимости, одним из последних громких преступлений националистической направленности: в 2010-х национализм различных толков, в том числе и ультраправый, был разгромлен государством.

Виктор Горбач продолжает работать священником. «Но в последнее время я что-то не слышу о нём, — говорит Анатолий Ляшок, — он в храме служит, а другой деятельности почему-то нет. На телевидении я его не вижу, и в газетах не печатают. Может, это связано с новыми законами об оскорблении чувств верующих? Раньше он говорил, мол, „сектанты — это очень опасные люди. Вы думаете, они просто так? А они здесь, чтобы захватить много нефти, газа и денег“ — и прочую чушь. Но его слушали и хлопали в ладоши, потому что должен же быть враг у русского человека! Но в последние три года его не слышно, и сайты православные позакрывали».